Как бросить курить и не поправиться…
Они встретились случайно в баре аэропорта Кеннеди.
- Джимми? Джимми Маккэнн?
Сколько воды утекло после их последней встречи на выставке в
Атланте! С тех пор Джимми несколько располнел, но был в отличной
форме.
- Дик Моррисон?
- Точно. Здорово выглядишь. – Они пожали руки.
- Ты тоже, – сказал Маккэнн, но Моррисон знал, что это
неправда. Он слишком много работал, ел и курил.
- Кого-нибудь встречаешь, Джимми?
- Нет. Лечу в Майами на совещание.
- Все еще работаешь в фирме «Крэгер и Бартон»?
- Я теперь у них вице-президент.
- Вот это да! Поздравляю! Когда тебя назначили? – Моррисон
попробовал убедить себя, что желудок у него схватило не от
зависти.
- В августе. До этого в моей жизни произошли большие
изменения. Это может тебя заинтересовать.
- Разумеется, мне очень интересно.
- Я был в поганой форме, – начал Маккэнн. – Неурядицы с женой,
отец умер от инфаркта, меня начал мучать жуткий кашель. Как-то в
мой кабинет зашел Бобби Крэгер и энергично, как бы по-отцовски,
поговорил со мной. Помнишь эти разговоры?
- Еще бы! – Моррисон полтора года проработал у Крэгера и
Бартона, а потом перешел в агенство «Мортон». – «Или возьми себя
в руки, или пошел вон».
Маккэнн рассмеялся.
- Ты же знаешь. Доктор мне сказал: «У вас язва в начальной
стадии, бросайте курить». С тем же успехом он мог сказать мне:
«Бросайте дышать! »
Моррисон с отвращением посмотрел на свою сигарету и погасил
ее, зная, что тут же закурит новую.
- И ты бросил курить?
- Бросил. Сначала даже не думал, что смогу: курил украдкой при
первой возможности. Потом встретил парня, который рассказал мне
про корпорацию на Сорок шестой улице. Это настоящие специалисты.
Терять мне было нечего – я пошел к ним. С тех пор не курю.
- Они пичкали тебя какими-то препаратами?
- Нет. – Маккэнн достал бумажник и начал в нем рыться. – Вот.
Помню, она у меня где-то завалялась. Он положил на стойку
визитную карточку:
К О Р П О Р А Ц И Я
«БРОСАЙТЕ КУРИТЬ»
Остановитесь! Ваше здоровье
улетучивается с дымом!
237 Ист, Сорок шестая улица.
Лечение по предварительной договоренности.
- Хочешь, оставь себе, – сказал Маккэнн. – Они тебя вылечат.
Даю гарантию.
- Как?
- Не имею права говорить – есть такой пункт в контракте,
который с ними подписываешь. Во время первой беседы они тебе все
расскажут. Девяносто восемь процентов их клиентов бросают курить.
- Ты, наверно, растолстел, как бросил курить? – спросил
Моррисон, и ему показалось, что Джимми Маккэнн как-то сразу
помрачнел.
- Даже слишком. Но я согнал лишний вес…
- Рейс двести шесть, – объявил громкоговоритель.
- Мой, – сказал Маккэнн и поднялся. – Подумай, Дик.
Он пошел через толпу к эскалаторам. Моррисон взял карточку,
задумчиво изучил, спрятал в бумажник и забыл про нее.
Через месяц карточка выпала из бумажника Моррисона на стойку
другого бара. Дела на работе шли неважно. Откровенно говоря, дела
были ни к черту. Моррисон еще раз прочел адрес на карточке -
корпорация находилась в двух кварталах, стоял солнечный
прохладный октябрьский день; может, ради смеха…
Корпорация «Бросайте курить» помещалась в новом здании, в
таких домах арендная плата за кабинет, наверно, равнялась годовой
зарплате Моррисона. По указателю в вестибюле он понял, что
«Бросайте курить» занимает целый этаж, значит, деньги у них есть,
причем очень большие.
Он поднялся на лифте. В элегантной приемной сидела секретарша.
- Один мой друг дал мне эту визитную карточку. Он вас очень
хвалил.
Она улыбнулась и вставила анкету в пишущую машинку:
- Ваше имя и фамилия? Адрес? Женаты?
- Да.
- Дети есть?
- Один ребенок. – Он подумал об Элвине и слегка нахмурился.
Его сын был умственно отсталым и жил в специальном интернате в
Нью-Джерси.
- Кто порекомендовал вам обратиться сюда, мистер Моррисон?
- Джеймс Маккэнн. Мы с ним вместе учились.
- Присядьте, пожалуйста. У нас сегодня много народу.
Он сел между женщиной в строгом голубом костюме и молодым
человеком в твидовом пиджаке, достал пачку сигарет, увидел, что
вокруг нет пепельниц и спрятал сигареты. Если они заставят долго
ждать, можно даже будет стряхнуть пепел на их шикарный коричневый
ковер. Его вызвали через пятнадцать минут вслед за женщиной в
голубом костюме. Коренастый мужчина с такими белоснежными
волосами, что они казались париком, любезно пожал ему руку и
сказал:
- Пойдемте со мной, мистер Моррисон. Он повел Моррисона по
коридору мимо закрытых дверей, одну из которых открыл своим
ключом. Комната обставлена по-спартански: стол и два стула. В
стене за столом, очевидно, проделано небольшое окошко, его
закрывает короткая зеленая занавеска. На стене слева от Моррисона
картина: высокий седой человек с листком бумаги в руке. Лицо его
показалось Моррисону знакомым.
- Меня зовут Вик Донатти, – сказал коренастый. – Если
согласитесь пройти наш курс, я буду заниматься с вами.
- Рад познакомиться. – Моррисону ужасно хотелось курить.
- Садитесь.
Донатти положил на стол заполненную машинисткой анкету и
достал из ящика стола новую:
- Вы действительно хотите бросить курить?
Моррисон откашлялся, положил ногу на ногу.
- Да.
- Подпишите вот эту бумагу. – Он протянул бланк Моррисону. Тот
быстро пробежал его глазами: нижеподписавшийся обязуется не
разглашать методы, и так далее.
Моррисон нацарапал свою фамилию.
- Отлично, – сказал Днатти. – Мы тут не занимаемся
пропагандой, мистер Моррисон. Нас не интересует, почему вы хотите
бросить курить. Мы люди деловые, никаких лекарств и препаратов не
применяем. Не надо садиться на особую диету. А деньги заплатите,
когда год не будете курить. Кстати, как дела у мистера Маккэнна?
Все в порядке?
- Да.
- Прекрасно. А сейчас… несколько личных вопросов, мистер
Моррисон. Ответы, естественно, останутся в тайне. Как зовут вашу
жену?
- Люсинда Моррисон. Девичья фамилия Рэмзи.
- Вы ее любите?
- Да, конечно.
- Вы ссорились с ней? Какое-то время жили врозь?
- Какое это имеет отношение к тому, что я собираюсь бросить
курить?
- Имеет. Отвечайте на мои вопросы.
- Ничего подобного не было. – Хотя, подумал Моррисон, в
последнее время отношения между ними испортились.
- У вас один ребенок?
- Да. Его зовут Элвин, он в частной школе.
- В какой?
- Этого я вам не скажу, – угрюмо выдавил Моррисон.
- Хорошо, – любезно согласился Донатти и обезоруживающе
улыбнулся. – Завтра на первом сеансе курса я отвечу на все ваши
вопросы. Сегодня можете курить. С завтрешнего дня вы не выкурите
ни одной сигареты. Это мы вам гарантируем.
На следующий день, ровно в три, Донатти ждал его, он пожал
Моррисону руку и улыбнулся хищной улыбкой.
- Рад, что вы пришли. Многие перспективные клиенты не приходят
после первого разговора. Мне доставит большое удовольствие
работать с вами. У вас есть сигареты?
- Да.
- Давайте их сюда.
Пожав плечами, Моррисон отдал Донатти пачку. В ней все равно
оставалось две или три сигареты.
Донатти положил пачку на стол и начал бить по ней кулаком.
Удары громко отдавались в комнате. В конце концов стук
прекратился. Донатти взял то, что осталось от пачки и выбросил в
мусорную корзину.
- Вы не представляете себе, какое я получаю удовольствие от
этого все три года, что работаю здесь.
- В вестибюле здания есть киоск, где можно купить любые
сигареты, – мягко сказал Моррисон.
- Совершенно верно. Ваш сын, Элвин Доус Моррисон, находится в
Пэтерсоновской школе для умственно отсталых детей. Он родился с
травмой мозга и никогда не станет нормальным. Ваша жена…
- Как вы это узнали? – пролаял Мориссон. – Какое вы имеете
право…
- Мы многое знаем о вас, но как я говорил, все останется в
тайне.
- Я ухожу, – с трудом сказал Моррисон и поднялся.
- Посидите еще.
Моррисон внимательно посмотрел на Донатти – тот был спокоен.
Казалось, что происходящее даже забавляет его, и он наблюдал
подобные сцены сотни раз.
- Объясните мне, что это за курс лечения? – спросил Моррисон.
- Одну минутку. Подойдите, пожалуйста, сюда. – Донатти встал и
отодвинул зеленую занавеску, которую Моррисон заметил еще
накануне. За прямоугольным окошком – пустая комната. Правда, на
полу кролик ел из миски хлебные шарики.
- Красивый кролик, – заметил Моррисон.
- Конечно. Понаблюдайте за ним.
Донатти нажал кнопку – кролик прекратил есть и запрыгал как
сумасшедший. Когда он касался пола, казалось, его подбрасывало
еще выше, шерсть встала дыбом, глаза были дикими.
- Прекратите! Вы же убьете его током!
Донатти отпустил кнопку.
- Ну что вы, это очень слабый заряд. Посмотрите на кролика.
Если бить его током, когда он ест, животное быстро свяжет эти
ощущения: еда – боль. Тряхнуть его током еще несколько раз -
кролик умрет от голода перед миской с едой.
Тут Моррисона осенило – он пошел к двери.
- Не надо, большое спасибо.
Дверь оказалась заперта.
- Присядьте, мистер Моррисон.
- Отоприте дверь, или я вызову полицию быстрее, чем вы скажете
слово «Курите! »
- Сядьте. – Это было сказано жутким ледяным тоном.
Моррисон посмотрел на Донатти, заглянул в его страшные
затуманенные карие глаза и подумал: «Господи, я же заперт в
комнате с психом». Никогда в жизни ему так не хотелось курить.
- Я подробнее расскажу вам о курсе лечения, – сказал Донатти.
- Вы не понимаете, – возразил Моррисон с деланым спокойствием.
- Мне не нужен ваш курс.
- Нет, мистер Моррисон, это вы не понимаете. У вас уже нет
выбора. Я не обманул вас, когда сказал, что курс лечения уже
начался. Мне казалось, вы все поняли.
- Вы сумасшедший?
- Нет, я деловой человек. Курс лечения…
- Валяйте, – бросил Моррисон. – Только поймите: как только я
отсюда выйду, я куплю пять пачек сигарет и выкурю их по дороге в
полицию. – Он внезапно заметил, что грызет ноготь большого
пальца.
- Как вам будет угодно. Но мне кажется, вы передумаете, когда
я вам все объясню. В первый месяц наши люди будут следить за
вами. Вы заметите некоторых, но не всех. За вами будут следить
постоянно. Если они увидят, что вы закурили, то сообщат об этом.
- И меня привезут сюда, и посадят вместо кролика. – Моррисон
пытался говорить с сарказмом, но неожиданно ощутил дикий страх.
- Нет, – ответил Доннати. – Вместо кролика посадят вашу жену.
Моррисон тупо посмотрел на него.
Донатти улыбнулся.
- А вы будете смотреть в окошко.
По словам Донатти, корпорацию «Бросайте курить» основал
человек, изображенный на картине, который чрезвычайно успешно
занимался традиционными делами своей «семьи» – игральными
автоматами, подпольной лотереей, торговлей наркотиками. Морт
Минелли по кличке Трехпалый был заядлым курильщиком – выкуривал
по три пачки в день. Листок бумаги, который он держит в руке на
картине – окончательный диагноз врача: рак легких. Морт умер в
1970 году, передав все деньги «семьи» корпорации «Бросайте
курить».
Курс лечения оказался до ужаса прост. Первое нарушение – и
Синди привозят, как выразился Донатти, в «крольчатник». Второе
нарушение – и там оказывается сам Моррисон. Третье – током бьют
их обоих вместе. Четвертое влечет за собой более суровое
наказание: в школу к Эльвину придет человек…
- Представьте себе, – улыбаясь говорил Донатти, – как ужасно
будет мальчику. Он не поймет никаких объяснений. До него только
дойдет, что его больно бьют из-за того, что папа плохой. Поймите
меня правильно: я уверен, этого не случится. К сорока процентам
наших клиентов мы не применяем никаких дисциплинарных мер, и
только десять процентов допускают три нарушения. Пятое нарушение
- вас с женой в «крольчатник», вашего сына изобьют во второй раз,
а жену в первый.
Не понимая, что он делает, Моррисон бросился через стол на
Донатти. Тот, хотя и сидел в ленивой, расслабленной позе,
действовал с удивительной быстротой: отодвинулся вместе со стулом
назад и ударил Моррисона в живот ногами.
- Сядьте, мистер Моррисон, – благожелательно сказал он. -
Поговорим как благоразумные люди.
Когда Моррисон отдышался, он сел на стул, как и просил
Донатти.
Существует десять градаций наказаний, объяснял Донатти.
Шестая, седьмая и восьмая провинность – сила тока возрастает, а
избиения становятся все ужаснее. Когда Моррисон закурит в девятый
раз, его сыну сломают обе руки.
- А в десятый раз? – пересохшими губами спросил Моррисон.
Донатти печально покачал головой.
- В этом случае мы сдаемся. Вы войдете в два процента
клиентов, которых нам не удалось убедить. – Донатти открыл один
из ящиков стола и достал «Кольт-45″ с глушителем. – Но даже эти
два процента никогда не закурят. Мы это гарантируем.
- Что с тобой? – спросила жена.
- Вроде ничего… я бросил курить.
- Когда? Пять минут назад? – засмеялась она.
- С трех часов дня.
- Прекрасно. Почему ты решил бросить курить?
- Я должен думать о тебе… и об Элвине.
Ее глаза расширились – Дик редко говорил о сыне.
- Я очень рада. Даже если ты снова закуришь, мы с Элвином
благодарны тебе за заботу о нас.
- Я думаю, что больше курить не буду, – сказал он и вспомнил
глаза Донатти, – затуманенные глаза убийцы.
Ночью он спал плохо, а в три часа проснулся окончательно. Ему
показалось, что у него жар, так ему хотелось закурить. Он
спустился в кабинет, открыл верхний ящик стола, как завороженный
уставился на коробку с сигаретами и облизнул губы.
Постоянная слежка в течение первого месяца, сказал Донатти. В
течение последующих двух месяцев за ним будут следить по
восемнадцать часов в сутки. Четвертый месяц (именно тогда
большинство клиентов закуривают) снова двадцать четыре часа в
сутки. Затем до конца года по двенадцать часов в сутки. Потом? До
коца его жизни слежка будет возобновляться.
ДО КОНЦА ЖИЗНИ…
- Мы можем проверять вас через каждый месяц, – сказал Донатти.
- Или через день. Или через два года организуем круглосуточную
недельную слежку. Вы об этом знать не будете.
Моррисон проклял себя за то, что влез в эту историю, проклял
Донатти, а самые страшные проклятия слал Джимми Маккэнну. Подлец,
ведь все знал! У Моррисона задрожали руки, так хотелось схватить
за горло Джимми Маккэнна.
Моррисон взял сигарету. Что это за шорох в стенном шкафу?
Конечно, показалось. А если в той комнате окажется Синди?
Он напряженно прислушивался, все тихо. Надо только подойти к
стенному шкафу и распахнуть дверцу. Ему стало очень страшно при
одной мысли, что может там оказаться. Моррисон лег в постель, но
сон еще долго не приходил.
Сцены из жизни Ричарда Моррисона, октябрь – ноябрь:
.. Моррисон встречает в баре «Джек Дэмпси» приятеля, тот
предлагает ему закурить. Моррисон крепче сжимает в руке стакан.
- Я бросил.
Приятель смеется.
- Больше недели не продержишься.
… Моррисон ждет утреннюю электричку, смотрит на молодого
человека в синем костюме. Он видит его здесь почти каждое утро.
… Моррисон приезжает к сыну, привозит ему в подарок большой
мяч, который пищит, если на него нажать. Слюнявый восторженный
поцелуй Элвина почему-то не так противен, как раньше. Крепко
обнимая сына, он понимает то, что Донатти и компания поняли
раньше: любовь сильнее тяги к курению.
… И вот Моррисон застревает в туннеле, в гигантской
автомобильной пробке. Темно. Рев клаксонов, вонь выхлопных газов,
рычание неподвижных машин. Внезапно Моррисон открывает
перчаточный ящик, видит пачку сигарет, достает одну и закуривает.
Если что-то случится, Синди виновата сама, дерзко говорит он
себе. Я же ее просил выкинуть все сигареты.
Первая затяжка – он кашляет как заведенный. От второй начинают
слезиться глаза. Третья – у него кружится голова, он готов
потерять сознание; жуткая штука, думает он. И сразу без перехода:
боже мой, что я делаю?
Сзади загудели клаксоны. Он гасит сигарету в пепельнице и едет
домой.
- Синди, это я, – позвал он.
Никто не ответил.
Зазвонил телефон. Моррисон поспешно схватил трубку:
- Синди? Ты где?
- Здравствуйте, мистер Моррисон, – раздался бодрый деловой
голос Донатти. – Мне кажется, нам надо обсудить один вопрос. Вы
сможете зайти к нам в пять?
- Моя жена у вас?
- Да, разумеется, – снисходительн роняет Донатти.
- Послушайте, отпустите ее, – сбивчиво бормочет Моррисон. Это
больше не повторится. Я затянулся всего три раза – это было
ужасно, я не получил никакого удовольствия!
- Жаль. Значит, я могу рассчитывать, что вы придете в пять?
- Мистер Донатти, к вам пришел мистер Моррисон, – сказала в
селектор секретарша и кивнула Моррисону.
- Проходите.
Донатти ждал его в коридоре вместе с гориллообразным человеком
в майке с надписью «Улыбайтесь» и револьвером в руке.
- Послушайте, – сказал Моррисон, – мы же можем договориться. Я
заплачу вам. Я…
- Заткнись, – отрезал гориллообразный.
- Рад вас видеть, – произнес Донатти. – Жаль, что это
происходит при столь прискорбных обстоятельствах. Пройдемте со
мной, будьте любезны. Сделаем все быстро. Будьте спокойны, с
вашей женой ничего страшного не произойдет… в этот раз.
Моррисон напрягся и приготовился броситься на Донатти.
- Не вздумайте, – сказал тот обеспокоенно. – Если вы это
сделаете, Костолом изобьет вас рукояткой револьвера, а жену все
равно тряхнут током. Какая в этом выгода? Пойдемте.
Моррисон вошел в комнату первым. Зеленая занавеска отодвинута
- за окошечком, ошеломленно озираясь, сидит на полу Синди.
- Синди, – жалобным голосом позвал Моррисон. – Они…
- Она не видит и не слышит вас, – объяснил Донатти. – Это
зеркальное стекло. Ладно, давайте побыстрее с этим закончим.
Провинность небольшая – тридцать секунд будет достаточно.
Костолом!
Одной рукой Костолом нажал кнопку, другой дуло револьвера упер
в спину Моррисона.
В его жизни это были самые долгие тридцать секунд.
Когда все закончилось, Донатти сказал:
- Пойдемте со мной. Вам придется кое-что объяснить жене.
- Как я смогу смотреть ей в глаза? Что я ей скажу?
- Думаю, вас ожидает сюрприз.
В комнате, кроме дивана, ничего не было. На нем, беспомощно
всхлипывая, лежала Синди.
- Дик, – прошептала она. Он обнял ее. – В дом пришли двое
мужчин. Они завязали мне глаза, и… и… это было ужасно. Но
почему?
- Из-за меня. Я должен тебе кое-что рассказать, Синди…
Он закончил рассказ, помолчал и сказал:
- Я думаю, ты меня ненавидишь.
- Нет, Дик. Я не испытываю к ненависти. Благослови господь
этих людей. Они освободили тебя.
- Ты серьезно?
- Да, – сказала она и поцеловала его. – Поедем домой. Мне
гораздо лучше. Не помню, когда мне было так хорошо.
Когда через неделю зазвонил телефон и Моррисон узнал голос
Донатти, он сказал:
- Ваши люди ошиблись. Я даже в руки не брал сигарету.
- Мы знаем. Надо обсудить кое-что. Вы можете зайти завтра
вечером? Ничего серьезного, просто для отчетности. Кстати,
поздравляю с повышением по службе.
- Откуда вы это знаете?
- Мы ведем учет, – небрежно бросил Донатти и повесил трубку.
Когда они вошли в маленькую комнату, Донатти обратился к
Моррисону.
- Что вы так нервничаете? Никто вас не укусит. Подойдите сюда.
Моррисон увидел обычные напольные весы.
- Послушайте, я немного потолстел, но…
- Да-да. Это происходит с семьюдесятью тремя процентами наших
клиентов. Пожалуйста, встаньте на весы.
Моррисон весил семьдесят девять килограммов.
- Сойдите с весов. Какой у вас рост, мистер Моррисон?
- Метр семьдесят девять сантиметров.
- Посмотрим. – Донатти достал из нагрудного кармана маленькую
карточку, закатанную в прозрачную пластмассу. – Совсем неплохо.
Ваш максимальный вес будет… (он посмотрел на карточку)
восемьдесят три килограмма. Сегодня первое декабря, значит,
первого числа каждого месяца жду вас на взвешивание. Не можете
прийти – ничего страшного, если, конечно, заранее позвоните.
- Что случится, если я буду весить больше восьмидесяти трех
килограммов?
Донатти улыбнулся:
- Кто-то из наших людей придет к вам в дом и отрежет вашей
жене мизинец на правой руке. Счастливо, мистер Моррисон, можете
выйти через эту дверь.
Прошло восемь месяцев.
Моррисон снова встречает своего приятеля в баре «Джек Дэмпси».
Моррисон, как гордо говорит Синди, в своей весовой категории – он
весит семьдесят пять килограммов, три раза в неделю занимается
спортом и великолепно выглядит. Приятель выглядит ужасно, хуже
некуда.
Приятель:
- Как тебе удалось бросить курить? Я курю даже больше своей
жены. – С этими словами он с настоящим отвращением тушит в
пепельнице сигарету и допивает виски.
Моррисон оценивающе смотрит на него, достает из бумажника
маленькую белую визитную карточку и кладет ее на стойку.
- Знаешь, – говорит он, – эти люди изменили мою жизнь.
Прошел год.
Моррисон получает по почте счет:
К О Р П О Р А Ц И Я
«БРОСАЙТЕ КУРИТЬ»
237 Ист, Сорок шестая улица.
Нью-Йорк, штат Нью-йорк 10017
Курс лечения 2500 долларов
Услуги специалиста
(Виктор Донатти) 2500 долларов
Электроэнергия 50 центов
ВСЕГО (просим заплатить) 5000 долларов 50 центов
- Сукины дети! – взрывается он. – Они включили в счет
электричество, которым…
- Заплати, – говорит жена и целует его.
Прошло еще восемь месяцев.
Моррисон и Синди случайно встречают в театре Джимми Маккэнна с
женой. Они знакомятся. Джимми выглядит так же, как и в аэропорту,
если не лучше. Моррисон никогда раньше не встречался с его женой.
Она красива, как бывают красивы обыкновенные женщины, когда они
очень и очень счастливы.
Моррисон пожимает ей руку. У нее странное рукопожатие. Только
в середине второго действия Моррисон понимает, почему у жены Маккэнна на правой руке нет мизинца.
© Стивен Кинг: Корпорация «Бросайте курить».
